Рациональное в приметах: что я вижу

Размышляя о механизме работы примет, я не могла не вспомнить приметы, которым я следую или следовала. Разберу в этом очерке свое отношение к ним и свое понимание их смысла.

1. "Если кошка оцарапала перед контрольной, экзаменом или собеседованием - все будет хорошо"

Я понимаю эту примету как совершенно обычную самоуспокоительную установку, каких зарождается множество, особенно в отраслях, связанных с высоким риском (я сразу вспоминаю космонавтов, писающих на колесо автобуса, который везет их на стартовую площадку). Кошка, в игре или по злобе, царапает свою хозяйку довольно часто, вероятно, хозяйка, взволнованная перед важными событиями в своей жизни, ведет себя по отношению к кошке более навязчиво и агрессивно, так что получает свою порцию царапин, а позитивное отношение к жизни и эффект "рационализации после покупки" заставляли ее после экзамена думать, что все решилось лучшим для нее, то есть меня, образом. Разумеется, факт царапины, полученной перед экзаменом, меня неизменно успокаивал и настраивал на позитивный исход.

2. "Посмотреться в зеркало, если возвращаешься за забытой вещью"

Я давно пытаюсь осознать причину своей неизменной верности этой примете, полагаю сейчас, что идея о том, что "смотреться в зеркало лишний раз никогда не повредит - если уж забыла что-то взять - могла забыть и бигуди, домашние тапочки, надеть вторую сережку и выключить утюг, а лишняя остановка дает время сфокусировать разбросанное внимание" - может оказаться удобным прикрытием для более глубоких обоснований.

3. "Убирать со стола пустые бутылки"

Совсем недавно была участницей обсуждения этой приметы, выяснила новые для себя вещи, что в Германии бутылки должны оставаться на столе, показывая мощь участника попойки, а также что в России пустая бутылка ассоциировалась с "пустой" женщиной, не беременной, не плодоносящей, а такой символ, разумеется, мало уместен за столом, особенно свадебным.

Я сомневаюсь, что кого-то сейчас созерцание пустой бутылки способно навести на мысли о никчемности окружающих женщин по причине их неплодовитости, так что поищу рациональных обоснований. Игры ума подсказывают мне 3 обоснования:

• Бутылки на столе занимают лишнее место, любая пустая посуда должна быть убрана, чтобы освободить место для следующей перемены блюд и напитков. Пустоту тарелки хозяйке или официанту определить легко, а вот пустоту темной бутылки - нет, поэтому пустые бутылки следует убирать, показывая, что пить больше нечего и веселью на вечеринке грозит опасность. Это умозаключение мало противоречит, точнее вообще не связано с немецкой традицией, поскольку немцы в данном случае пьют, преимущественно, пиво, и за свой счет, а русские, соблюдающие примету убирания бутылок, пьют вино и водку из запотевшего графинчика во время застолий со многими переменами блюд.
• Упавшая со стола пустая бутылка, разбившись, способна доставить много неудобств гостям и хозяевам, тогда как с пола ей падать дальше некуда.
• Во время застолий с бизнес-партнерами или свадебных застолий, когда стоит задача развязать языки "противоположной стороне", демонстрация объема уже выпитого способна приостановить дальнейшее потребление алкоголя теми, кого нужно стимулировать на интересные признания или желаемые действия.

4. "Желать уходящим на экзамен "ни пуха"

До занятий психологией я жила в этой примете, слыша в спину перед каждым важным мероприятием "ни пуха, ни пера", иногда даже с добавлением про хвосты и чешуйки. В детские годы это трикстерское напутствие, призванное обмануть злых духов, меня забавляло, однако, как только я задумалась о смысле социального взаимодействия, возникающего вокруг этого напутствия, мне стал ясен мой юношеский бунт против него.

Непрошенное напутствие обычно демонстрирует эмоциональную вовлеченность напутствующего в дела уходящего, я говорю о любом произвольном напутствии. Если культурная традиция поддерживает большую вовлеченность членов семьи или коллектива в дела друг друга, как в России сейчас, то такие напутствия будут частью этой традиции, несоблюдение этой традиции будет вызывать у уходящего ощущение брошенности. Однако, эмоциональная вовлеченность (особенно, родителя) имеет две стороны: одна "я тебя поддерживаю", вторая "мне не безразлично как ты сдашь экзамен". Трактовка напутствия будет сделана, скорее всего, исходя из остального контекста взаимоотношений.

Прошенное же напутствие (ответ на "Ну, я пошел, пожелай мне удачи!) должно соответствовать по своей форме запросу - ответ на запрос "счастья" пожеланием "ни пуха" звучит скорее как проклятие, нежели как доброе трикстерское напутствие.

Содержание в напутствии отрицания добавит напутствуемому неуверенности, разве что он сам интуитивно ощущает, что весь этот диалог построен на обмане злых противоборствующих сил. В этот момент я сразу обращаю внимание на то, что имена вроде "Неждан" или "Некрас", а также обман злых сил, в настоящий момент не являются культурной тенденцией, скорее напротив, общество склонно разговаривать аффирмациями в случае добрых напутствий и называть детей исключительно именами, обещающими счастье, богатство, власть и красоту.

Так что теперь я говорю людям "Счастливо!", когда они направляются на экзамен, собеседование, или просто на работу в самый обычный день.